Первый раз я услышала о матушке Алипии от своей приятельницы, которая сама практически ничего о ней не знала, но кто-то пересказал ей статью, что была такая необыкновенная женщина. Но меня эта информация не заинтересовала, даже наоборот, я отнеслась к ней очень критически и с невниманием. Во второй раз я услышала о матушке Алипии от другой своей приятельницы, которая пригласила меня на Лесное кладбище, сказала, что там похоронена какая-то женщина необычная, и что на могилку ее приходят за помощью и исцелением, но я тоже несколько насмешливо к этому отнеслась и сильно засомневалась во всем этом.

Опять я пропустила мимо-себя эту информацию. В третий раз я услышала о Старице уже от своего сына. Как оказалось, у него было две книжки о матушке Алипии, о чем я даже не подозревала. Эти книжки постоянно были на руках. Сын пояснил: «Они приходят ко мне всего на несколько минут для того, чтобы тут же уйти в другие руки». Так они без конца ходили по людям.

С надеждой, что я заинтересуюсь книгой о православной подвижнице, он спросил меня: «Будешь читать, а то я отдам книгу кому-нибудь другому?» Только для того, чтобы от него отвязаться, я как-то вяло согласилась: «Ладно, оставь, я посмотрю».

- Ну что, читала? — спросил сын через два дня.

- Да нет, некогда было.

- Так что, отдавать?

- Да ладно, сейчас, подожди.

Взяла книгу, думаю, полистаю. Только я открыла эту книжку, как поняла, что я ее не отдам, пока не прочитаю.

Читала я эту книгу, можно сказать, не расставаясь с ней. Информацию впитывала, как губка, стараясь полностью осмыслить прочитанное, и чувствовала большие перемены в своей душе. Образ матушки Алипии стал мне близким и понятным. Теперь уже осознанно, небольшими шагами, я пришла к решению посетить ее могилу. Но исполнению решения предшествовало одно событие.

Дело было летом. С девятилетним сынишкой моей знакомой мы собрались на речку. Книжечка о матушке Алипии была со мной. Мальчик играет, бегает, шалит. Недалеко от того места, где мы расположились, были какие-то заросли. Я говорю мальчику: «Не ходи туда! Кто знает, что там в траве?» И чтобы поймать ребенка и перегородить ему дорогу, я подошла к этим зарослям.

Вдруг почувствовала страшную боль в ноге, нагнулась, начала падать. Оказывается толстая, ржавая железная проволока глубоко пронзила стопу ноги, которая была не видна в траве. Этим я спасла от подобной травмы ребенка, но сама оказалась в тяжелом состоянии. Кровь лилась, что называется, рекой. Вытащить проволоку не получалось и только после долгих усилий и страданий, мне удалось сделать это. Кое-как, довольно поздно, я добралась домой. К этому времени нога уже заметно распухла, никаких антисептиков я не принимала, а просто смазала рану.

Я боялась, что будут большие осложнения, потому что у меня даже царапины не заживают очень долго. На следующий день я решила пойти на кладбище к матушке Алипии. Как туда пройти — я не знала. Мои дети приблизительно объяснили. Проводить меня я попросила свою подружку, но она не смогла и прислала своего мужа в помощь. Утром я не могла обуться, нога сильно болела, никакую обувь одеть было невозможно. Но я все же решила пойти на кладбище и кое-как обулась. Еще я попросила у сына какую-нибудь свечку, хотя бы кусочек. Но сын говорил, что свечи в доме, к сожалению нет.

Я очень расстроилась, но вдруг сын вышел и дает мне свечку — таких свечек я еще не видела. Мне она показалась похожей на какую-то новогоднюю праздничную игрушку - в виде сосульки с голубоватым оттенком. «Вот тебе иерусалимская свеча!» — сообщил он мне радостно. Взяла я ее, и мы пошли…
(продолжение следует)
(«Стяжавшая любовь» — «Иерусалимская свеча», — Усольцева Тамара Борисовна, г. Киев)

Прочитано: 2 563 раз.
Поделиться с друзьями

Отправить комментарий

*